Анатольевич Денис - О Хопре

Разозлился стревок над хопром, над рекой, разлилась
Стребок над хопром, над рекой разлилась по воде позолота
Там старик со смиренною и доброй душой у двенадцати встал поворот
И доброй душой у двенадцати встал поворотов
Он ключи собирал
Он ключи собирал, как жемчужную нить в кулаке зажимая прохладу, чтобы жажду земли навсегда утолил
Чтобы жажду земли навсегда утолить, чтобы дать этой степи отраду
Эх, опёр ты мой, си
Эх, обёр ты мой, синяя просека береница ракит над водой
Балашов притаился под просенью, умывая балашов притаился под просенью
Умываясь речной сединой слышен скрип вороты старой мельницы
Будто дед до сих пор там живёт
И мука белоснежной метелицей на прибрежные травы падёт
На прибрежные травы падёт низкий дом в балашове
Низкий дом в балашове глядит в камыши, где полощет луна свои косы
Здесь покой для усталой и русской души

Здесь покой для усталой и русской души, где звенят по утрам сенокосы
Пахнет мятой и прелью от льховых кустов, спит река в колыбель
И пылью ольхых кустов спит река в колыбели песчаной
Средь ковых степей, и густых лопухов
Разливается сон первозданный
Лопухов разливается сон первозданный оперты мой, синяя просика, вереница ракит над водой
Вереница ракит над водой балашов притаился под просенью

Умываясь речной сединой слышен скрип вороты старой мельницы

Будто дед до сих пор там живёт

И мука белоснежной метелицы

И мука белоснежной метелицей на прибрежные травы падёт
Не жалею, не зову, не плачу я
Только в пояс поклониться бы рад старику, что ревн
Жениться бы рад старику, что реку раздольную подарил нам 100 лет назад
Эх, опёр ты мой, синяя эх, опёр ты мой, синяя просика вереница ракит над водой

Балашов притаился под просенью, умываясь
Машов притаился под просенью, умываясь речной сединой слышен скрип вороты старой мельницы

Будто дед до сих пор там живёт
Мельницы, будто дед до сих пор там живёт

И мука белоснежной метелицы на прибрежные травы падёт

На прибрежные травы падёт на прибрежные травы падёт
Пойдёт